G-men < Genetics men - И. И. Бойцова, канд филол наук, проф., зав каф иностр языков вгму
.RU

G-men < Genetics men - И. И. Бойцова, канд филол наук, проф., зав каф иностр языков вгму


^ G-men < Genetics men

7.Смешанный тип: инициально-слоговые

TTNet < Tokyo Telecommunication Network Co.

TEPCO < Tokyo Electric Power Corporation

E-kara < electronic karaoke microphone



На первом месте по частотности употребления у нас расположены инициальные буквенные сокращения, которые, тем не менее, имеют свое уникальное значение, так как их прототипами являются названия и термины, отражающие реалии японского, китайского и корейского обществ. Подобные аббревиатуры составляют 70% всего материала, отобранного методом сплошной выборки. Считаем важным их изучение, поскольку значение инициальных буквенных аббревиатур может быть уточнено либо благодаря контексту, либо специализированному словарю англоязычных сокращений восточноазиатского происхождения, в котором отражены как непосредственно аббревиатуры, так и их прототипы, их перевод и лингво-культурологический комментарий. В настоящее время ведется работа по созданию такого словаря, основной целью которого является оптимизация процесса узнавания и понимания значения англоязычных аббревиатур восточноазиатского происхождения и передачи этого значения в переводе на русский язык.

Приведем некоторые примеры английских инициальных буквенных сокращений восточноазиатского происхождения: GNP (Korea) < Grand National Party (“JoongAng ilbo”, Seoul, Wed., Nov. 21, 2001: “ A natural ouster of the intelligence chief and top prosecutor was favored, to avoid criticism of the GNP as arrogant”.), ALTs < assistant language teachers (Asian Englishes, vol.4, # 2, winter 2001, p.35: “ The Japan Exchange and Teaching (JET) Program , in which young overseas as assistant language teachers (ALTs), hardly accept non-native teachers of English, although it does not require ALTs to be native speakers of English.), KTEP < Korean Teacher Education Program (TESOL Quarterly, vol. 32, # 4,winter 1998, p. 683.: KTEP was a 1 month program designed especially for Korean secondary school English teachers and co-funded by the Canadian and South Korean governments.), BOJ < Bank of Japan (The Daily Yomiuri, Ayug.24,p.8: “BOJ official: Banks can absorb rate hikes”), NHTSA < The National Highway Traffic Safety Administration (The Japan Times, Мarch 4, 2001, p. 7: “ More than 2000 people have complained to NHTSA and Ford about the electric problem”).
Кроме того, отличительной чертой восточноазиатских английских инициальных буквенных аббревиатур является сокращение латинизированных корейских, китайских и японских слов. Часто такие сокращения носят смешанный характер – сочетание стандартных английских и латинизированных национальных слов: MIC < Miyazaki International College (Forum, Jan-March, 1999, p. 10: “At MIC, a small liberal art college in Japan, fourth-semester students are required to study in Anglophone countries”), NTT < Nippon Telegraph and Telephone Corporation (The Japan Times, Sunday, March , 4, 2001, p. 1: “ In the NTT group, only mobile phone company NTT DoCoMo Inc. recorded an increase in operating revenues.”)
На втором месте по частотности употребления располагаются акронимы: CETT < College English Teacher Training, DECS < the Department of Education, Culture and Sports, DOM < Dirty old man, JETRO < Japan External Trade Organization, JACET < the Japan Association of College English Teachers, JOES < Japan Overseas Education Services, TEPCO < Tokyo Electric Power Corporation, STEP < the Society for Testing English Proficiency, JET < The Japan Exchange and Teaching Program.

В отличие от акронимов стандартного английского языка, в восточноазиатских разновидностях акронимы усекают начальные слоги или две инициальные согласные и образуют, таким образом, новые слова со своим произношением, что позволяет нам также отнести их к особому виду – сложнослоговым акронимам: JETRO < Japan External Trade Organization, GEMINI < Genes and Minds Initiatives (название конференции по вопросам генной инженерии), при этом в некоторых случаях также сокращаются и инициальные знаки траскрибированных слов: MEXT < Ministry of Education, Culture, Sports, Science and Technology (Asian Englishes,vol. 6, # 2, winter 2003/spring 2004, p.116: “ The Ministry of Education, Culture, Sports, Science and Technology (MEXT) publicized in July 2002 “Developing a strategic plan to cultivate Japanese with English abilities” – plan to improve English and Japanese abilities. Specifically, MEXT primarily requires all Japanese to acquire simple conversation skills”. )

Следующим типом в нашей классификации являются слоговые аббревиатуры - простые и сложнослоговые, в основном с элементами акронимии: JAWOC < Japan World Cup, execs < executives. ANOVA < analysis of variance, ANCOVA < analysis of covariance (TESOL Quarterly, vol. 36, # 4, 2002, p. 523: “ We expected that the three assumptions of ANOVA and ANCOVA analysis – normality, homogeneity of variance, and independence were met based on the following observations.”) Распространенность данного типа меньше, чем у инициальных, и они составляют лишь 15% от всего отобранного материала.

И, наконец, словные аббревиатуры, включающие в себя гибриды, образующиеся по стандартным моделям: camcorder < camera  recorder и смешанный тип, распадающийся на 1) инициально-слоговые и 2) инициально –словные. К инициально-слоговым относятся: TTNet < Tokyo Telecommunication Network Co.(The Asahi Shimbun, Nov. 24-25, 2001, p. 22: “Tokyo Telecommunication Network Co ( TTNet ) recorded a consolidated net loss of 8 billion yen”.) , e-kara < electronic karaoke microphone, mini karaoke (The Asahi Simban, Nov. 24-25,2001,p.15: “ Last year Takara, another major toy-maker, introduced e-kara, a microphone-size karaoke machine”), TEPCO < Tokyo Electric Power Company. ( The Daily Yomiuri, May 27, 1995, p. 1: “After learning of the fund, the Tokyo Regional Taxation office charged TEPCO 30 million yen in additional taxes.”), D-lab < Delta Laboratory (China daily, Thursday, Nov. 3, 2005, p. 14: “ Hou Hanru said the Guangdong Museum of Art has created a Delta Laboratory , which bridges art, architecture, urban study and cultural activism. He added that the D-Lab and workshops offer a dynamic stage for evolving research…”), Инициально-словные: J.League < Japan League ( International Herald Tribune, The Asaha Shimbun, Nov. 24-25, 2001, p. 2 : “And the difference in revenue between life in J1 and J2 has been estimated as a cool 1,5 billion yen a year, according to figures published by the J.League.), C.S.Kobe < Support Center Kobe (The Japan Times, Sunday , March 4, 2001, p. 3 : “We shouldn’t continue to rely on C.S.Kobe , because it is the users who need to come up with specific ideas on how we want to use the system for the community benefit.”)

Таким образом, проведенное исследование показывает, что аббревиация является активным способом образования новых слов в восточноазиатской разновидности английского языка, причем их форма и содержание настолько уникальны, что возникает острая необходимость в их изучении в целях оптимизации процесса восприятия текста и плодотворного межкультурного общения с народами стран АТР с использованием региональных разновидностей английского языка. Подобная необходимость особенно актуальна в условиях, когда английский все чаще выступает в качестве языка-посредника в общении стран АТР с другими странами, к числу которых определенно принадлежит и Россия.


Литература

  1. Алексеев Д.И. Аббревиатуры как новый тип слов // Развитие словообразования современного русского языка. – М.: Наука, 1966. – С. 13 – 37.

  2. Даль В. Толковый словарь живого великого языка. Т. 1- 4. – М.: Гос.изд-во иностранных и национальных словарей, 1956. –190 c.

  3. Дюжикова Е.А. Аббревиация сравнительно со словосложением: структура и семантика (на материале современного английского языка). Автореф. дис. … доктора филол. наук: 10.02.04., – М.: Изд-во МГУ, 1997. – С. 12-16

  4. Елдышев А.Н. Проблемы аббревиатурного словообразования  Особенности словообразования в терминосистемах и литературной норме / Под ред. Б.И. Барткова. - Владивосток: Изд-во ДВГУ, 1983. - С.143-150

  5. Зуева Н.Е. О структурно-семантических особенностях аббревиатур разного типа // Словообразование и его место в курсе обучения иностранным языкам  Под ред. Б.И. Барткова. – Владивосток: Изд-во ДВГУ, 1987. – С.15-18

  6. Каращук П.М. Словообразование английского языка. М.: Наука, 1977. – С. 280-287

  7. Мартине А. Принцип экономии в фонетических изменениях. М.: Иностранная литература , 1960. – 238 с.

  8. Церетели Г. Ф. Сокращения в греческих рукописях преимущественно по датированным рукописям Санкт-Петербурга и Москвы. – СПб.: Из-во СпбГУ, 1896. –236 с.

  9. Kachru, Braj B. Asian Englishes: Beyond the Canon, Hong Kong University Press, 2006. – С.76-81

Summary

When we speak about the twenty first century, beside all other things, we call it the age of compression and abbreviations. The names of the companies, brands, all kinds of terms and even proper names today tend to be abbreviated in many languages, and English is among them. However, English doesn’t exist in isolation and people all over the world speak it along with their native languages. Thus regional varieties of English appear which are unique due to their interaction with the native languages. In this article we speak about abbreviations in East Asian varieties of English, their specific types and features, their connection to the standard English abbreviations.


Соболева С.М., доцент, кафедра фонетики английского языка ИИЯ ДВГУ

e-mail: kredimmer787@hotmail.com

^ РЕЧЕВОЕ ОБЩЕНИЕ

В СВЕТЕ ПРАГМАТИЧЕСКОГО ПОДХОДА

Лингвистическая прагматика, как отрасль языкознания появилась сравнительно недавно, в 60-е годы двадцатого столетия, однако своим возникновением она обязана давней языковедческой и философской тради­ции, заложенной в работах В.Гумбольдта. Великого ученого волновали вопросы восприятия и понимания речи, решения которых он полагал найти в некоем языковом единстве общающихся людей.

«Слово, на котором мы можем пока остановиться ради упрощения, не имеет в себе чего-то уже готового, подобного субстанции, и не может служить оболочкой для законченного понятия, оно просто побуждает слуша­ющего образовывать понятии собственными силами, определяя лишь, как это сделать. Люди понимают друг друга не потому, что передают собесед­нику знаки предметов, и даже не потому, что взаимно настраивают друг друга на точное и полное воспроизведение идентичного понятия, а пото­му, что взаимно затрагивают друг в друге одно и то же звено цени чувственных представлений и початков внутренних понятий, прикасаются к одним и тем же клавишам инструмента своего духа, благодаря чему у каж­дого вспыхивают в сознании соответствующие, но не тождественные симво­лы [Гумбольдт, 1984: 165-166].

Задолго до В.Гумбольдта, ещё в XVI веке, вопросы речевого общения поднимал М.Монтень. «На мой взгляд, тон, высота голоса, всегда что-то выражают и обозначают. Я и должен им пользоваться так, чтобы он меня представлял. Один голос поучает, другой льстит, третий бранит, Я хочу, чтобы мой голос не только дошел до слушающего, но чтобы он, ког­да нужно, поразил его и пронзил... Произнесенные слова принадлежат на­половину говорящему, наполовину слушающему. Последний должен их при­нять так, как они брошены, подобно тому, как во время игры в мяч при­нимающий делает те или иные движения в зависимости от движений бросающего или от характера броска.» [Монтень М. 1992: 357]. Таким образом, М.Монтень намечает те вопросы, которые в наши дни ак­тивно разрабатываются в русле прагматической лингвистики. Обращает на себя внимание тот факт, что в своем понимании задач участников общения М.Монтень отталкивается от интонации, интуитивно приписывая ей ту сте­пень значимости, которая, по мнению современных авторов, действительно принадлежит ей в речевой коммуникации.

Термин «прагматика» был введен признанными основателями семиотики Ч.Моррисом и Ч.Пирсом. Семиотика традиционно подразделяется на три отрасли: на семантику – учение об отношении знаков к действительности, синтактику – учение об отношениях между знаками, и прагматику – учение об от­ношении знаков к их интерпретаторам, т.е. к тем, кто пользуется языковыми системами. «Прагматика, таким образом, изучает поведение знаков в реальных процессах коммуникации.» [Арутюнова, Падучева, 1985: 3]. «Прагматика, – пишет Р.С.Столнейкер, – это наука, изучающая язык в его отношении к тем, кто его использует.» [Столнейкер, 1985: 419]. Предмет прагматики, обозначенный этими определениями, далеко выходит за преде­лы собственно лингвистики, что нашло свое выражение в формировании различных школ и направлений.

Отправной точкой для прагматических исследований служит следую­щая посылка: «поскольку язык всегда адресован получателю (реальному или вымышленному) он всегда коммуникативен.» [Schiffrin, 1988: 3]. Следствием из этой посылки является то, что с коммуникативной точки зрения не может существовать монолога в чистом виде, ибо любая речь построена с ориентацией на адресата и предполагает его реакцию в форме вербального или невербального поведения. Диалогические отношения лежат в основе построения любой речи. Очевидность этого взгляда на речевые процессы далеко не всегда была столь неоспоримой, как в наши дни. Гумбольдтовское понимание речи было утрачено на долгие десятилетии и разной форме было вновь открыто уже в XX столетии. Среди языковедов, в концепциях которых органично были интегрированы представления о природе речевого общения, необходимо упомянуть М.И.Бахтина, Л.П.Якубинского и Л.В.Щербу. Работам этих исследователей присуще глубокое проникновение в коммуникативную природу языка, и многие идеи, впервые высказанные в их трудах, еще ждут своего осмысления. Исследовании М.М.Бахтина и Л.П.Якубинского во многом опередили развитие отечественного литерату­роведении. Имя Л.В.Щербы в последнее время стало все чаше упоминаться в связи с экспериментальными работами не только в области фонетической интерференции, но также прагматики и теории речевой деятельности. Теория синтагмы как единицы, обладающей способностью войти в противоречие с синтаксическими требо­ваниями и выражающей индивидуальные смыслы, возникающие при объедине­нии лексических единиц, является в какой-то мере предвосхищением того понимания речевых актов, которое впоследствии было развито в работах Дж. Остина и Дж.Лича. Понятие «речевой организации», введенное Л.В.Щербой в 1931 г., является одним из оснований в области лингвистических представлений теории речевой деятельности.

Велика роль Г.В.Колшанского, ставившего целью своей научной де­ятельности создание самостоятельной области языкознания – коммуника­тивной лингвистики. Его размышления о функции речевого и неречевого контекста при порождении и восприятии высказывания лежат в основе лингвистической методологии как исследование общих схем анализа рече­вых произведений.

Многие весьма важные с точки зрения лингвистической праг­матики положения были впервые высказаны В.А.Звегинцевым. Так, понятие «ситуативности», понимаемое им как неотъемлемая характеристика предло­жения, отличающая его от словосочетания, во многом перекликается с понятием «контекста», получившем в прагматике несколько отличную от традиционно принятой в лингвистике интерпретацию и более широко используемым, однако, расплывчатым, и потому имеющим у разных авторов разные толкования.

В.А.Звегинцев одним из первых провёл разграничительную черту между близкими, но не тождественными понятиями «предложения» и «высказывания», трактуя первое как единицу одного из лингвистических уровней, а второе – как конкретный акт речи. [Звегинцев, 1976: 241]. Такое размежевание в плане единиц описания продолжено в плане смысловых отношений, в плане пресуппозиций. «Именно потому, что логическими пресуппозициями невозможно описать всю совокупность отношений «естественных текстов» или высказываний… оказалось необходимым выделить другую категорию пресуппозиций – прагматическую.» (Там же).

Сочетание смысла предложения – высказывания с ситуативностью является основным звеном концепции речевого общения Н.Д.Арутюновой. Понимая ситуативность как переменную величину, заданную прагматикой, она пишет: «Прагматика в одно и то же время и формирует синтаксические структуры и разрывает сложившиеся в языке отношения между формами слов. Она вырабатывает синтаксические конструкции вне зависимости от системного значения морфологических форм и даже в известной мере вне зависимости от их лексического значения.» [Арутюнова, 1988: 256]. Такую свободу в отношении лексических единиц прагматика имеет лишь в силу своей ориентированности на задачи сиюминутной речевой ситуации, целиком определяемые целью конкретного речевого взаимодействия. Поистине, нельзя не согласиться со В.А.Звегинцевым, утверждающим, что «изъятых из ситуации предложений не бывает. Изъятые из ситуации предложения делаются лишь в целях их анатомизирования.» [Звегинцев, 1976: 195].

Неоспоримой заслугой прагматики является включение в сферу научного исследования интересов второго участника коммуникации, не обязательно произносящего те или иные высказывания, нередко даже молчащего, но самим своим присутствием формирующим условия общения. Впервые позиция слушающего стала объектом пристального изучения. Как справед­ливо отмечает Е.Ф. Тарасов, «речевое общение коммуникантов по схеме субъект – объект можно описать только в том случае, если оно анализиру­ется сначала с позиции одного коммуниканта, а затем с позиции второ­го.» [Тарасов, 1984: 118].

Присутствие второго участника коммуникации, иногда незримое, но всегда ощущаемое говорящем, определяет специфику прагматического взгляда на языковые явления и намечает круг задач, подлежащих рассмот-рению под углом зрении прагматики. Основной задачей для любого иссле­дования в этой области является, по мнению Р.С.Столнейкера, «обнаруже­ние необходимых и достаточных условий успешного осуществления речевого акта. Эти условия обычно связаны с наличием/отсутствием определенных свойств речевой ситуации, в которой осуществляется данный речевой акт, – скажем таких, как намерения говорящего, знания, мнения, ожидания и интересы говорящего и слушающего; других речевых актов, уже осущест­вленных в том же самим контексте.» [Столнейкер, 1985: 420] Дж.Лич полагает, что «задачей прагматики является объяснение отношений между смыслом (который часто описывается как «буквальное» или лежащее на по­верхности значение) и иллокутивной силой (то есть, направленным рече­вым воздействием говорящего на слушающего )» [Leech, 1983: 30].

Решение поставленных задач приводит к постижению прагматического­
значения, которое, по мнению Р.Конрада, является ни чем иным как
коммуникативным смыслом высказывания. [Конрад, 1985: 350] В свою
очередь, коммуникативный смысл формируется в процессе ситуационно
обусловленной интерпретации, в ходе которой слушающие отгадывают скрытые­ стратегии и намерения говорящих, используя те лингвистические клю­чи, которые «контекстуализируют произнесенные высказывания.» [Shiffrin, 1988: 21]. Объектом прагматических исследований, считает Дж. Лич ,«должно быть изучение значения в его отношении к речевой ситуации и общих условий коммуникативного использовании языка... В этом прагматика от­личается от семантики» [Leech, 1983: 13]. Дж. Лич весьма катего­ричен в отношении семантики, отказывая ей в принадлежности к сфере языка. «Язык состоит из грамматики и прагматики. Грамматика – это абстрактная формальная система, предназначенная для производства и ин­терпретации высказываний. Общая прагматика – это набор стратегических принципов, предназначенных для осуществления успешной коммуникации посредством грамматики. Грамматика функционально адаптирована в той мере, в какой это необходимо для облегчения действия прагматических принципов» [Leech, 1983:76].

Мнение о том, что семантика выходит за пределы языка высказывались и другими авторами. Р.С.Столнейкер по это­му поводу писал: «Формальная семантика описывает условия истинности предложений без учета намерений говорящего... если исходить из предло­женного определения семантики, эта наука вообще не имеет прямого отно­шения к языку, ни к естественному, ни к искусственному» [Столнейкер Р.С., 1986: 420].

Однако, такой подход к семантике, возможно подсказанный полеми­ческими соображениями, не только сужает область действия языковых про­цессов, но фактически лишает прагматику опоры в речевой ситуации, поскольку именно соответствие сообщаемой информации действительности (то есть, референциальное значение знака) является непременный услови­ем языкового взаимодействии. Семантические значение – это значение, независимое от речевой ситуации, именно вокруг него возникают различные коммуникативные смыслы, порожденные различными речевыми ситуациями.

Сформировавшись как отдельная область языкознания и определив объект исследования, прагматика столкнулась с вопросом разработки собственной методологии и научно-исследовательского аппарата. Центральным понятием в прагматических исследованиях стала «коммуникация». Для прагматики характерно рассматривать речевую коммуникацию не как самоцель, а как компонент в структуре человеческий деятельности. Деятельность детерминирует речевую коммуникацию, хотя и опосредованно. «Человек говорит для того, чтобы не просто передавать сообщения, а чтобы общаться, достигая при этом целей, подчинённых совместной деятельности. Таким образом, коммуникация – это процессы производства и восприятия речевых высказываний, эти процессы являются формой сущест­вования речи... для того, чтобы понять смысл речевого высказывания, нужно знать деятельность, в которой оно было продуцировано и восприня­то. Деятельность и общение, организующее эту деятельность, и есть те социальные образовании, в которых речевые высказывания приобретают системные сверхчувственные свойства, именуемые в лингвистике смыслом.» (Лингвистическая прагматика и общение с ЭВМ, 1989: 11, 13) Ту же самую идею имел в виду Т. ван Дейк, рассматривая смысл сообщении через призму восприятия: «Когда мы произносим предложения..., наша цель состоит в том, чтобы слушающий понял не только ЧТО мы ему говорим, но также и ПОЧЕМУ мы это говорим» [Дейк, 1978: 292].

Для исследования комму­никативных свойств языка необходимо было выбрать некую дискретную еди­ницу, которая максимально полно могла бы осуществить задачи речевой коммуникации. Такой единицей стал текст. С точки зрения лингвисти­ческого описания текст понимается как «... структура любого закончен­ного и связного, независимого и грамматически правильного письменного или устного высказывания, или как … актуальная реализация этого высказывания.» [Дресслер, 1978: 114] Мысль о возможности двоякого под­хода к анализу текста, столь сжато выраженная В.Дресслером, подробно и убедительно изложена в монографии Б.Н.Головина «Основы культуры речи». «Текст – словесное, устное или письменное произведение, представляющее собой единство некоторого более или менее завершенного содержания и речи, формирующей и выражающей это содержание… Речь – это последовательность звуковых знаков, организованная по «правилам» языка и соответствии с потребностями выражаемой информации.» [Головин, 1988: 14, 23]

В общем случае задача говорящего заключается в том, чтобы в сознании слушателя возникла такая же информация, которую выражал говорящий; правда, это случай идеальный и, как всякий идеал, едва ли достижимый ; практически же между информацией, выраженной и информацией, возникшей в сознании слушателей или читателей, устанавливается большее или меньшее сходство. И чем больше это сходство, тем полнее и лучше осуществлены коммуникативные задачи. Более полному осуществле­нию этих задач и служат коммуникативные качества речи, совокупность и система которых образует речевую культуру общества и отдельного чело­века. «Речь – это внешняя формальная сторона текста; она всегда имеет не только языковую структуру и организацию, но и выражаемый ею, по существу неязыковой (или внеязыковой) смысл, ради которого и во многом подчиняясь которому, она строится» [Головин, 1988: 14, 23].

Т. М. Николаева видит в тексте не столько внешнюю законченность, сколько глубокое внутреннее единство его компонентов. «Все высказывания текста связаны не только линейной, но и глобальной когерентностью. Таким образом , текст есть не просто совокупность цепочечных микроструктур, но и неко­торое глобальное единство, макроструктура. Текст, лишённый макрострук­туры, не является осмысленным.» (Николаева, 1978: 34) Т.М.Николаева подчеркивает, что «в современной трактовке текста на первый план... выдвигаются вопросы коммуникативного плана, задачи исследования усло­вий «правильной», удачной коммуникации, обеспечивающей однозначное толкование единиц создаваемого текста.» [Николаева, 1978: 18]

Описание текста, данное Дж. Личем, также выдвигает на первый план коммуникативный аспект этого языкового явления. «Текст, в противоположность сообщению (т.е. высказыванию) в основном имеет линейную структуру и выстроен во времени; таким образом, декодируя текст, мы часто сталкиваемся с необходимостью сделать свой выбор в отношении следующих вопросов: (а) каким образом

сегментировать сообщение на единицы; (б) каким образом приписать степени выделения или подчинения ; и (в) каким образом соотнести части сообщения. Ответы на все три вопроса взаимосвязаны.» [Leech, 1983: 63]
Такой подход к интерпретации текста, отвечая всем требованиям прагма­тики, предлагает широкие перспективы дли исследователей, работающих в области лингвистики текста, лингвистической семантики и других современных направлениях языкознания.

Литература

  1. Арутюнова Н.Д. Типы языковых значений. М.: Наука, 1988. – 388 с.

  2. Арутюнова Н.Д., Падучева Е.В. Лингвистическая прагматика // Новое в зарубежной лингвистике. Вып. 16, под ред. Е.В. Падучевой, М.: Прогресс, 1985. – С. 3 – 42.

  3. Головин Б.Н. Основы культуры речи. М.: Высшая школа, 1988. – 320 с.

  4. Гумбольдт В. Избранные труды по языкознанию. М.: Прогресс, 1984. – 250 с.

  5. Дейк Т. ван Вопросы прагматики текста // Новое в зарубежной лингвистике. Вып. 8, под ред. Т.М. Николаевой, М.: Прогресс. 1978. – С. 259 – 336

  6. Дресслер В. Синтаксис текста //Новое в зарубежной лингвистике. Вып. 8, М.: Прогресс, . – С. 111 – 137

7. Звегинцев В.А. Предложение и его отношение к языку и речи. М.: Эдиториал УРСС, 2001. – 312 с.

8. Конрад Р. Вопросительные предложения как косвенные речевые акты // Новое в зарубежной лингвистике. Вып. 16, под ред. Е.В. Падучевой, М.: Прогресс, 1985. – С. 349 – 384

9. Лингвистическая прагматика и общение с ЭВМ. Отв. ред. Ю.Н.Марчук,

М.: Наука, 1989. –142 с.

10. Монтень М. Опыты. Избранные произведения в 3-х томах. Т 3. М.: Голос, 1992. – 416 с.

11. Николаева Т.М. Лингвистика текста: современное состояние

и перспективы. //Новое в зарубежной лингвистике. Вып. 8, с.6 – 42

12. Столнейкер Р.С. Прагматика // Новое в зарубежной лингвистике. Вып. 16, под ред. Е.В. Падучевой, М.: Прогресс, 1985. – с. 419 – 438

13. Тарасов Е.Ф. Деятельность, общение, речь ( к формированию деятельностной концепции речи). //Всесоюзная конф. «Коммуникативные единицы языка.» – М., 1984, с. 23 – 41

14. Щерба Л.В. Языковая система и речевая деятельность. М.: Эдиториал УРСС, 2008. – 432 с.

15. Leech G.N. Principles of Pragmatics. London: Longman, 1983. – 250 pp.

16. Shiffrin D. Discourse Markers //Studies in International Sociolinguistics 5.

/Gen. Ed. J.Gumperz. Cambridge University Press, 1988. –364 pp.

Summary

Communicative or pragmatic aspect of speech has been in the focus of attention for the last twenty years, though the basics of pragmatics were introduced as early as mid sixteenth century. Within the pragmatic framework the language units are approached to from the angle of the communicative objective, situation, common ground and other related criteria.


Титова О. К.  старший преподаватель, кафедра иностранных языков ИИЯ ДВГУ

rada_yulia@mail.ru

^ ОТНОШЕНИЕ ВЬЕТНАМЦЕВ К ИСПОЛЬЗОВАНИЮ И ИЗУЧЕНИЮ АНГЛИЙСКОГО ЯЗЫКА ВО ВЬЕТНАМЕ: СОЦИОЛИНГВИСТИЧЕСКИЙ АСПЕКТ

В последней трети XX века, благодаря распространенности и широкому употреблению в мире, английский язык приобрел статус глобального языка межкультурной коммуникации, используемого в различных сферах общественной жизни. Выполнение им роли глобального языка предопределено рядом причин исторического, политико-экономического и собственно-лингвистического характера. Сегодня роль и важность английского языка в мире не только не уменьшается, а наоборот только увеличивается благодаря тому, что он становится привычным языком для представителей разных наций, работающих в области экономики, бизнеса, образования, администрирования, в религиозных, спортивных и культурных сферах. Английский язык является неотъемлемым механизмом при общении представителей азиатских, африканских и европейских стран [Campbell 1983; Proshina 2003]. Доминирующая роль англо-говорящих стран, особенно США, в международной экономике и политике, а также употребление английского языка в качестве “lingua franca” значительно повлияли на языковую политику во многих азиатских странах, включая бывшие колониальные государства, а также страны, долгое время противостоящие иностранному влиянию. Учитывая международный статус английского языка, эти страны отводят английскому языку одно из первых мест в языковой политике своих государств [Tsui 2004: 10,11].

Вьетнам – одна из немногих стран, в развитии которой английский язык не играл существенной роли до недавнего времени. Языковая политика во Вьетнаме менялась время от времени. С 1954 года до недавних политических изменений в Восточной и Центральной Европе, главным языком международного общения для Социалистической Республики Вьетнам был русский. Для Южного Вьетнама первым иностранным языком до 1945 г. был французский, а затем до 1975 г. английский язык. После объединения страны и внедрения в жизнь политики обновления и возрождения страны дой мой (doi moi) русский был первым иностранным языком в течение некоторого времени, и мало внимания уделялось изучению как английского, так и французского [Brogan, Nguyen Thai Ha 1999; Trinh 2002]. Ситуация кардинально изменилась с 1989 г. В стране появилось большое количество иностранцев, владеющих английским языком (бизнесмены из Японии, Кореи, Сингапура и туристы из Америки, Франции, Голландии и Австралии), и у населения Вьетнама появился шанс использовать знания английского языка в общении с ними. Область функционирования других иностранных языков (в том числе русского) сузилась в пользу английского, который получает все большую популярность среди вьетнамского населения и используется в научно-технической сфере и культурно-бытовых областях [Ремарчук 2005: 168; Denham 2006: 122]. «Одним из способов использования английского языка во Вьетнаме … является ориентация английских текстов на местную культуру, создание английских текстов на базе «присущего» стране и культуре содержания» [Ремарчук 2005: 169].

Касаясь вопроса о роли английского языка в жизни вьетнамцев, был проведен социолингвистический опрос по теме «Английский язык во Вьетнаме» с февраля по март 2008 г. в университете Социальных и гуманитарных наук в г. Хошимин. Цель – выяснить степень популярности английского языка во Вьетнаме на сегодняшний день и собрать сведения об отношении вьетнамцев к английскому языку и его изучению.

В качестве респондентов выступили студенты, изучающие английский язык, языковых и неязыковых специальностей (курс не учитывался), и преподаватели английского языка. Всего было опрошено 126 человек, из них 85 человек – студенты, 41 – преподаватели. Возраст респондентов варьируется от 20 до 43 лет.

Способ проведения опроса – анкетирование. Респондентам была предложена анкета с множественным выбором, которая частично основана на анкете, представленной в работе Уилларда Шоу “Asian Student Attitudes Towards English” [Shaw 1983: 21-23]. Полученная информация позволила сделать выводы по нескольким основным пунктам: языковой опыт, причины изучения английского языка, языковое окружение испытуемых, отношение к английскому языку, сферы употребления, используемые варианты английского языка.

^ 1. Языковой опыт респондентов варьируется в среднем от 9 до 13 лет. 80 % опрошенных изучали английский язык в школе, 16 % - в университете, 3 % - в колледже, 1 % - в английском центре. Кроме этого 1 % опрошенных сообщили, что английский язык использовался при общении дома, 1 % имели практику общения с иностранцами в процессе изучения, 10 % изучали язык самостоятельно в дополнение к базовому курсу. При этом 53 % оценивают свои знания английского языка как достаточно хорошие, 37 % - в пределах понимаемости, 5 % - близко к носителям языка и 5 % как очень слабые.

^ 2. Самые популярные причины, побуждающие вьетнамцев к изучению английского языка (из 12 предложенных) следующие:

а) Английский будет мне необходим для работы в моей стране . – 88 %;

b) Я могу разговаривать с носителями английского языка по разным вопросам (по вопросам бизнеса, культуры, образования и других). – 71 %;

с) Я могу пользоваться английским языком как средством общения с другими иностранцами. – 57 %;

d) Английский расширяет мой кругозор. – 56 %;

e) Мне нравится изучать языки. – 50 %.

Достаточно большое количество респондентов также отмечают, что английский язык даст им возможность путешествовать в другие страны (в том числе англоязычные) и обходиться без переводчика (с эти согласилось 48 % респондентов), а также знания английского языка открывают дорогу для обучения за рубежом (39 % согласилось с этим утверждением). В дополнение к некоторым вышеуказанным причинам, 47 % опрошенных отметили, что они изучают английский язык, так как им нравятся англоязычные страны и их культура, а 49 % учат английский язык в качестве обязательного предмета в программе обучения.

^ 3. Языковое окружение респондентов в настоящее время составляют в основном преподаватели английского языка (32,5 %), студенты (32,5 %), друзья (16,6 %). Частота использования языка с этими группами людей – высокая. Носители английского языка и другие иностранцы составляют значительно меньшую часть (9 % и 10 % соответственно), и частота общения с ними относительно низкая, примерно один раз в неделю.

Чтобы определить стремление респондентов пользоваться английским языком в будущем, их попросили оценить, как часто они предполагают использовать свои знания английского языка с теми же самыми группами людей (семья, друзья, преподаватели английского языка, другие преподаватели, бизнесмены, госслужащие, соотечественники, языка которых они не знают) в будущем. Результаты показали, что респонденты хотят пользоваться английским языком как можно чаще, при этом расширился круг предполагаемых собеседников. Так, 23 % предположили, что они будут разговаривать на английском языке с членами своей семьи ежедневно, 32 % будут использовать английский язык с бизнесменами и служащими своей страны также многократно в течение дня, чего пока не отмечается на настоящий момент. Также увеличился процент желающих использовать английский язык в кругу студентов – 53 %, преподавателей (английского языка – 54 %, преподавателей других дисциплин - 32,5 %), друзей – 56 %, и в качестве языка-посредника (при общении с соотечественниками, языком которых они не владеют) – 24,6 %. Значительный рост отмечается в отношении контактов с иностранцами: с носителями языка (много раз ежедневно) – 63 %, с носителями английского языка как неродного (также многократно в течение дня) – 52 %.

Среди групп людей, с которыми, по мнению респондентов, они чаще всего хотели бы общаться на английском языке, предпочтение было отдано следующим группам (по степени важности):

1. носители языка – 90 %;

2. преподаватели английского языка – 85 %;

3. студенты – 59  %;

4. друзья – 58 %;

5. иностранцы (для которых английский язык не является родным) – 57 %;

6. бизнесмены – 56 %.

4. Английский язык ценят во всем мире, в том числе и во Вьетнаме, однако иногда к нему относятся негативно, как к «языку империализма» [Shaw 1983: 29]. Несмотря на то, что Вьетнам долгое время находился в состоянии войны с Америкой, для которой английский язык является родным, отношение вьетнамцев к английскому языку на сегодняшний день, судя по опросу, можно охарактеризовать больше как положительное, чем отрицательное. Это можно проиллюстрировать ответами респондентов на некоторые из предложенных утверждений:

a) Я буду учить английский даже, если его не будут преподавать в в университете.

Да – 81 % Нет – 1 % Не уверен – 18 %

b) Знание английского будет полезно для моих детей.

Да – 82 % Нет – 1 % Не уверен – 17 %

c) Я считаю, что английский язык необходим в моей повседневной жизни.

Да – 85 % Нет – 1 % Не уверен – 14 %

При этом 99 % респондентов отметили, что английский язык является одним из самых популярных иностранных языков во Вьетнаме на сегодняшний день, а 94 % опрошенных согласились с утверждением, что все больше и больше вьетнамцев используют английский язык как средство общения. Признавая тот факт, что английский язык прочно завоевал позицию языка мирового общения и может оказывать определенное воздействие на другие языки, респонденты (89 %) отметили, что вьетнамцы не усматривают угрозы в широком распространении и повсеместном употреблении английского языка. Они также полагают, что он нисколько не угрожает другим языкам. 84 % согласились, что, если бы бóльшая часть вьетнамского населения знала английский язык, это бы облегчило взаимопонимание между ними и другими нациями. Кроме этого, большинство респондентов высоко оценили роль английского языка в реализации контактов Вьетнама со странами Запада в различных сферах (91 %), соглашаясь с тем, что английский язык выполняет очень важную функцию, выступая в качестве средства ознакомления всего остального мира с древней культурой Вьетнама. Больше половины респондентов (70 %) отметили, что они замечают вьетнамские культурно-ориентированные слова (в нашей работе «ксенонимы») в англоязычных текстах.

^ 5. Что касается сфер употребления английского языка, то в результате опроса ведущее место было отведено туризму – 76 %, далее идет бизнес – 67 %, образование – 63 %, средства массовой информации – 39 %, культура – 32 %, реклама – 27 %. Такое распределение сфер употребления английского языка является вполне закономерным. Туризм на сегодняшний день является одной из самых перспективных областей во Вьетнаме. Так, например, в 2005 г. Вьетнам принял 3,6 миллионов туристов [Mai Ly Quang 2007: 554]. Именно в сфере туризма и возникает большая необходимость использовать английский язык как язык межкультурной коммуникации, поскольку зачастую туристические группы объединяют представителей разных стран. В сфере бизнеса английский язык также востребован. На данный момент Вьетнам ведет активное сотрудничество с иностранными компаниями, а представители других стран организуют свой бизнес на территории Вьетнама. Английский язык также широко используется в сфере образования в качестве языка-посредника при обучении иностранцев вьетнамскому языку. Наконец, чтобы шагать в ногу с мировым сообществом, Вьетнам стремится использовать английский язык в средствах массовой информации, в области культуры и рекламы, хотя и в несколько меньшем масштабе по сравнению с другими областями.

^ 6. В последних вопросах анкеты было предложено выбрать вариант английского языка, которым респонденты, по их мнению, владеют на настоящий момент и каким бы хотели овладеть. Были получены следующие результаты: на настоящий момент осознание о владении вьетнамским английским имеют 30 % опрошенных, 26 % считают, что они пользуются британским вариантом английского языка, 26 % – британско-американским английским, 16 % – американским английским, 1 % –австралийским, 1 % – канадским. В будущем большинство хотело бы разговаривать на британско-американском варианте английского языка – 34 %, британском – 27 %, американском – 26 %, вьетнамском английском – 7 %. Другие варианты английского языка (австралийский, канадский, новозеландский) относятся к единичным случаям и в совокупности составляют 6 %. То, что процент желающих говорить впоследствии на тех вариантах, которые ближе всего находятся к прародителю всех существующих вариантов английского языка, с одной стороны, говорит о положительном отношении вьетнамцев к английскому языку, к его изучению и использованию на территории Вьетнама. Однако, с другой стороны, эти данные говорят о еще низкой степени осознания того, что вьетнамская разновидность английского языка – полноправный вариант в системе речевых разновидностей английского языка. На настоящий момент 30 % респондентов считают себя пользователями именно вьетнамской разновидности английского языка (под разновидностью понимается язык, который функционирует как иностранный в том или ином регионе [Прошина 2001: 264; Иванкова 2007: 3; Ильина 2005: 38]). В данном случае можно согласиться с предположением Л. Смита [Smith 2005: 37], ожидающего, что очень скоро любой бегло говорящий на английском языке, для которого английский язык не является родным (в нашем случае представитель вьетнамской нации), будет считать себя носитетелем собственной разновидности английского языка. Мы придерживаемся мнения, высказанного некоторыми лингвистами [Denham 2006: 122-123; Pivovarova 2005: 86] относительно того, что вьетнамский английский следует отнести к расширяюшемуся кругу распространения английского языка в мире (в соответствии со схемой, предложенной Б. Качру [Kachru 1986: 19]). Согласно этой схеме, распространение английского языка по миру идет в виде трех концентрических кругов, представляющих типы распространения, способы его усвоения и сферы функционирования в разных странах мира. В расширяющийся круг входят страны, где английский язык никогда не являлся официальным, но выполняет определенные функции, ориентируясь, главным образом, на внешние сношения, и изучается как иностранный. Вьетнам относится к разряду таких стран. Поскольку собственно вьетнамский язык традиционно является эффективным инструментом межнационального общения, английский язык пока остается «чужим» языком [Ремарчук 2005: 169], хотя степень его популярности постоянно увеличивается.

Таким образом, на сегодняшний день английский язык во Вьетнаме является самым востребованным иностранным языком, который используется практически во всех сферах вьетнамской жизни, а для некоторых вьетнамцев является ежедневной потребностью. Владение английским языком открывает для вьетнамцев большие возможности в культурно-образовательной сфере и в области экономики. Выступая в качестве языка-посредника, английский язык не только дает возможность познакомиться с культурой Вьетнама разным нациям, но и сам обогащается, включая вьетнамские ксенонимы (отражающие национальное своеобразие культуры Вьетнама) в свой лексический состав. Распространение английского языка во Вьетнаме привело к развитию вьетнамской региональной разновидности английского языка, и мы, основываясь на результатах исследования, предполагаем, что степень популярности английского языка во Вьетнаме с течением времени будет только возрастать.

Литература:

  1. Иванкова, Т. А. Лексические и грамматические особенности китайской региональной разновидности английского языка [Текст] / Т. А. Иванкова: Автореф. дис. … канд. филол. наук: 10.02.04. – Владивосток, 2007. – 25 с.

  2. Ильина, С. С. Обращение в сингапурском варианте английского языка [Текст] / С. С. Ильина: Дис. … канд. филол. наук: 10.02.04. – Владивосток, 2005. – 235 с.

  3. Прошина, З. Г. Варианты и разновидности английского языка [Текст] / З. Г. Прошина // Язык и культура: мат. межд. науч. конф. 14-17 сент. 2001. Тезисы докладов. – М., 2001. – С. 264-265.

  4. Ремарчук, В. В. Виды письма в современной вьетнамской культуре [Текст] / В. В. Ремарчук // Вьетнам в современном мире: мат. межд.  конф. – Владивосток: Изд-во Дальневост. ун-та, 2005. – С. 167-182

  5. Brogan, Martyn and Nguyen Thai Ha. The 3 R’s of teacher training in Vietnam: revising, reviving and researching // The Fourth International Conference on Language and Development. – 1999. – [Electronic resource]. – Режим доступа: http://www.languages.ait.ac.th/hanoi_proceedings/ntha.htm

  6. Denham, P. A. English in Vietnam [Text] / P. A. Denham // World Englishes: Critical Concepts in Linguistics / Ed. by Kingsley Bolton and Braj Kachru. – London and New York: Routledge, 2006. – Vol. 2. – P. 120-130

  7. Kachru, B.B. Standards, codification and sociolinguistic realism: the English language in the Outer Circle [Text] / B. B. Kachru // English in the World. – Ed. by R. Quirk & H. W. Widdowson. – Cambridge: Cambridge University Press, 1986. – Pp. 11-30.

  8. Mai Ly Quang. Vietnam. From Past to Future [Text] / Mai Ly Quang. – Hanoi: The Gioi Publishers, 2007. – 904 p.

  9. Pivovarova, M. Prosodic Interference in Language Contact between Typologically Different Languages (English and Vietnamese) [Text] / M. Pivovarova // Общие проблемы, Общие решения: преподавание языков в различных культурных контекстах 24-27 июня 2004 / на англ. яз. – Владивосток: Изд-во Дальневост. ун-та, 2005. – P. 86-88

  10. Proshina, Zoya. Language Glocalization, or International Orientalisms [Text] / Zoya Proshina // Качество в преподавании английского языка: мат. межд. конф., Благовещенск 2002. – Владивосток: Изд-во Дальневост. ун-та, 2003. – С. 22-25 

  11. Shaw, Willard D. Asian Student Attitudes towards English [Text] / Willard D. Shaw // Readings in English as an International Language / Ed. By Larry E. Smith. – New York: Pergamon Press, 1983. – P. 21-35

  12. Smith, Larry. English is an Asian Language [Text] / Larry Smith // Общие проблемы, Общие решения: преподавание языков в различных культурных контекстах 24-27 июня 2004 / на англ. яз. – Владивосток: Изд-во Дальневост. ун-та, 2005. – P. 36-38

  13. Trinh, Frank. English: The Third Language in Vietnam. – Sydney, 2002. – [Electronic resource] – Режим доступа: http://www.vny2k.net/vny2k/TrinhNhat-EnglishInVietnam.htm

  14. Tsui, Amy B. M. Language Policies in Asian Countries: Issues and Tensions [Text] / Amy B. M. Tsui // Asia TEFL. The journal of Asia TEFL. – 2004. - Vol. I. - № 2. – P. 1-26

Summary

English has the leading position as the code of international communication and is used in international trade, diplomacy, tourism, teaching and is studied by more people than any other language. It is widely used in almost all Asian countries, having the dominant role among other foreign languages. Nowadays Vietnam is also giving English great prominence in its language policy while trying to relate meaningfully to the wider world. This paper examines the current position of the English language in Vietnam and the attitude of the Vietnamese towards it, based on the survey, conducted among Vietnamese students and teachers of English.


Sheveleva A., professor, Chair of Grammar, IFL Far Eastern National University

Timchenko V., associate professor, Chair of Foreign Languages,VIIR Far Eastern National University.

e-mail: allochka3991@yandex.ru

^ A COMPARATIVE ANALYSIS

OF THE POLITICIANS` SPEECH BEHAVIOR

IN THE AMERICAN POLITICAL DISCOURSE ABOUT RUSSIA

Abstract

In recent years, linguists’ attention has been drawn to the functional aspect of communication. The success of the latter depends upon the sociological, cultural, and psychological conditions which should be taken into account in discourse analysis. This success is also predetermined by the correct choice of linguistic means used by the communicants. Unlike other types of discourse, the political discourse is closely connected with the interests of certain social groups and is aimed at conveying these interests. That is why the investigation of the linguistic, social and cultural aspects typical of this discourse is garnering more and more interest. On the one hand, this discourse belongs to linguistic pragmatics, which studies speech acts from the viewpoint of their influence upon the addressee (order, request, advice, menace, etc.). On the other hand, it belongs to sociopragmatics, which, in Leech’s opinion, “is the social interface of pragmatics” [Leech, 1983:10]. The analysis of some sociopragmatic peculiarities connected with political interpersonal communication is the subject under discussion.

^ Key words: political discourse, interview, interpersonal communication, sociopragmatics, communicative strategies

Introduction

In the context of intercultural cooperation, typical of recent decades Russia is constantly attracting foreign journalists’ attention. Political, economic, military, religious and cultural spheres of Russia’s life are carefully described by various newspapers. The image of Russia as described in foreign mass media is of great interest for researchers. Mass media produces a great influence upon the process of international cooperation and, on the whole, and on the situation within a country itself. They inform how successfully Russia is going on the way to democracy, market economy and a strong legal foundation for the functioning of the state and public life. They give evidence concerning US political interests towards Russia. They show that for American journalists, national, rather than international, interests are their primary concerns.

Our object is to analyze the linguistic means by which certain results are obtained to penetrate into the mechanism of influencing readers, and to supply the analysis with corresponding sociopragmatic interpretation.

^ Political discourse

The Political discourse is aimed at influencing a mass reader.

Structurally it includes the genres that fully correspond to its aim - the fight for political power - political speeches, debates, voting. Besides, it consists of readers’ letters, chronicle, commentary notes, advertisements, anecdotes and so on. [Карасик 2004:281-287]. On the one hand, it is characterized by informativeness, rationalism, clarity, dialogical character, dynamism; and, on the other hand, – by its emotionalism, imperativeness, suggestivity, conservatism, monologue character.

The markers of the political discourse include both verbal (words, phraseological units, political aphorisms) and non-verbal forms of communication: flags, portraits, busts, buildings, symbolic actions. Informatively a political discourse either fully corresponds to reality or distorts the truth partially, or tells a lie.

There exist different approaches to the investigation of the political discourse. One of them is defined in scientific literature as a descriptive one. In the frame of this approach the political discourse is understood as a form of institutional communication which possesses its own lexis, phraseology and grammar. As is known, the political discourse is abundant in various genres: political speeches, debates, voting, readers’ letters, chronicle, commentary notes, advertisements, anecdotes and interviews.

Interview

According to [Голанова 1996] the interview is regarded as a polyfunctional genre of news journalism, a dialogue form of representing the current events or the events that have just taken place. As a rule it is a conversation of a newsman with a person or with a group of people, the conversation which is of great social interest and which is meant for mass media. The polyphony of a public dialogue is brightly revealed in a great variety of linguistic and stylistic.means used by the speakers. Structurally interviews are divided into interviews-problems and interviews-portraits. The latter are devoted to the description and introduction of prominent political leaders through their speeches, manners, speech behavior. The official character of the interview makes interlocutors control their speeches and observe etiquette and literary language. The interview is aimed to get the information at first hand, to attract the publicity attention to a certain problem or to a certain person and report the interesting information of social significance. To achieve this goal journalists use various linguistic and stylistic means including emotional lexis, synonyms, metaphors, cleft sentences, other syntactic structures which strengthen, underline and make the information more exact. The linguistic means used in the interview help us to uncover the character of the person who is being interviewed: the scope of his mentality, the educational level, the manner of his communicating with people, his attitude towards very important political and economic events in the world and at last the way of his leading the country he belongs to. The social affiliation of the communicants involved in the interview is brightly represented in their speech activities which influence the lexical, grammatical parameters and pragmatic potential resulting from their utterances.

The examples for analysis were mainly borrowed from the interview with Mr. Vladimir Putin, a former President of Russian Federation and from the interview with Mr. Henry Kissinger, a former US secretary of State. The interviews were published in Time (December, 31, 2007/January 7, 2008, pp. 25-29, 49). Some examples were picked up from the following newspapers: the Washington Post (W.P.), the Christian Science Monitor (Chrism.) and New York Times (N.Y.T.).

As is known, at the end of 2007 the Russian President V.V. Putin was announced the Person of the Year. Several articles in Time were devoted to his personality, among them – 2 interviews. One belongs to Mr. H. Kissinger, the former US secretary of State. H. Kissinger was asked 7 questions covering the problems of state relations between the USA and Russia, the personality of the Russian President, his social significance as a president at present and in future in the historical aspect.

The other interview was given by V. V. Putin who was asked 21 questions of the same character: internal and foreign policy of Russia, its state relations with the USA, its attitude towards NATO, the events in Iraq, the role of religion in V. Putin’s life, etc. The interview lasted for 3.5 hours. In this connection it is necessary to say that V. V. Putin as the president and a man not once attracted foreign journalists’ attention. Politicians underline the fact that beginning from 1998 there has existed a steady tendency to connect the image of the country with the image of its leader. In some publications journalists draw the readers’ attention to V. V. Putin’s appearance: smartly attired in Naval uniform (Chr. S. M., Jun. 16, 2004); or to his former profession: the former Soviet KGB operative Independent (W.P., Jun. 23, 2001).

Very often V. V. Putin is strictly criticized for his internal and foreign policy:

^ Mr. Putin's concentration of power, his crackdown on the independent news media, his scorched-earth policy in Chechnya, and his bullying of Georgia and Ukraine (N.Y.T., Feb. 24,2005). When describing V. V. Putin, journalists use such lexical means as a KGB officer, tsar of the New Russia that provokes fearful, suspicious, narrow-minded attitude of an average citizen. Sometimes V. V. Putin is represented as a charmless yet adored by his nation person with pale blue cool eyes, a modern icon, an elected Emperor who managed to tame Russia (Time, pp. 24, 27, 50) Saying it, newsmen create the image of a direct, insistent, authoritative, uncompromising, ambitious leader who is supposed to be very difficult to deal with. This description deprives Mr. V. Putin of common, natural, human features typical of any person: kind, understandable, polite, communicative, etc. The metaphor to tame Russia impresses most of all because one of the meanings is “to train an animal to stay calm when people are near it and make it used to being with them” [MacMillan 2006]. In the context of this description Russia looks like a huge, uncivilized country which V.V. Putin managed to bring under control. Such is the significance of words and their impact on readers.

Turning attention to the text of the interview it is necessary to say that H. Kissinger tries to be an objective, sincere, frank interlocutor when he says: He [Putin] is extremely intelligent, very focused on the subject under discussion and very familiar with the issues in foreign policy. It is a combination of aloofness, considerable intelligence, strategic grasp and Russian nationalism (Time, p.49).

The given examples show that any political text is aimed at creating stereotypes – either positive or negative – in the readers’ minds, which is achieved with the help of various linguistic means including the following:,

^ Linguistic and stylistic means

The verbs of mental activity – to think, to believe, to consider, to suppose – make up a group of the so-called non-fact verbs which represent the described action as an unreal one. Such predicates assume a certain subjective emotional attitude of the author towards the compliment, which can be defined as correspondence, or discrepancy of the described events to desires and expectations of the speaker. We suppose that the preferable use of non-fact verbs in the politicians’ utterances is stipulated by the peculiarities of foreign policy pursued by any country. Care, prudence, a certain delicacy in the description of one’s ideas is reflected in the use of the above-mentioned verbs

^ H. Kissinger: If you look at Putin in this context, he thinks he is a reformer (Time, p.49).

I don’t believe he looks at the West as a unified bloc (Time, p.49).

V.V. Putin: Russia and US were allies during the Second and the First World Wars, which allows us to think (= to suppose) there is something objectively bringing us together in different times (Time, p.28).

^ I don’t believe these are misconceptions. I think this is а purposeful attempt by some to create an image of Russia based on which one could influence on our internal and foreign policies (Time, p. 29).

The verbs of estimation express the action as a real fact. They help the readers to form a fair judgment about some incidents or prominent leaders to cost the value of the performed actions

H. Kissinger: The Russian people judge him [Putin] by the difference in the standard of living today compared to what existed when he took over. They also value him for having restored Russia to a respected place in the international system. And probably many of them think that the system is more responsive to the public than previous systems,… (Time, p.49)

Was he a pro-Western reformer? Or a hard-liner? (Time, p.33)

How will he be rated? Too early to tell. Certainly a significant. Great? to see. Well, we’ll have to see (Time, p.49).

Why should we sell to anyone below the world-market prices? Do Americans? (Time, p.29)

 – What about the conflicts you’ve had… on gas prices? – What conflicts? (Time, p.29)

Here we deal with the so-called abrupt or broken syntax [Рогова 1975]. Such questions and sentences are typical of colloquial English. They are lively, free in form, not completed, often abounding in ellipses. Their use makes the speech more dynamic, natural and pictorial.

These sentences can be used to emphasize almost any part of the sentence except the verb.

^ But how was it that Putin got the call? What was it that lifted him to power,…? (Time, p.30)

Bush is tough in his defense of the American national interest, because that is what he expects statesmen to do (Time, p.49).

The use of cleft sentences is closely connected with Functional Sentence Perspective. A cleft sentence is aimed at placing the rheumatic part of the sentence at the initial position and, thus, changing the informative centre of the utterance. The latter is caused by the communicative intention of the speaker to attract the readers’ attention to certain moments in the described situation and to make information more actual, interesting , vivid and striking/

Correspondent: There is an old saying “^ Once a spy, always a spy” (Time, p.29)

Subtle nuances of meaning, that no other means can attain, are usually expressed like that. Popular short sayings, proverbs with words of advice or warning make our speech more understandable, available, make the distance between the interlocutors shorter and bring them closer to each other.

V.V. Putin:“Thou shalt not steal” (Time, p.29)

For a man who was brought up in the atmosphere of strict atheism the knowledge of the Bible expressions is an evidence of erudition as the result of wide reading, of a rather high educational level, of his ability to use sacred writings concerning the described events.

“Volodya”, Clinton said,… , “ I suggest we walk out together from this room”. (Time, p.33)

The so-called inclusive “we” enables the speaker to weaken the categorical character of the utterance making it at the same time more corresponding with etiquette. “We” doesn’t separate the speaker from the addressee., “We” combines the efforts of both speakers and helps them get into contact with each other.

^ First and foremost, we should be governed by the common sense (Time, p. 29).

On the contrary, the exclusive “I” or “he” separates the interlocutors, placing them on the opposite sides of the borderline:

I don’t believe these are misconceptions. I think this is a purposeful attempt… (Time, p.29)

Russia has enormous problems. It has long and unstable frontiers. It has a truly appalling death rate. It has a declining population (Time, p. 49)

America has to stand for democratic values…But it has to bring these goals into relationship with other objectives (Time, p.49).

These sentences are bright examples of anaphora. Stylistically anaphora is used to raise the intensity of meaning and to attach the additional emotional coloring to the discourse. The sentences are short, brief, and impressive. They don’t allow us to doubt, as to this being true. On the one hand, we have a poor state with a lot of social problems: unstable frontiers, a high death rate, a declining population and, on the other hand, we see a prosperous democratic state with no problems at the first sight. Such is the negative impact of words upon the readers achieved with the help of anaphora used by H. Kissinger.

Violent expressions make speech abrupt, categorical, raising no objections

^ Correspondent: You must be lucky that the price of oil is so high.

Putin: Fools are lucky. We work day and night (Time, p.29).

We do see the infringement of civil liberties of groups who in his view threaten the regime (Time, p.49)

…, so did external challenges allow Putin to grow into a leader. (Time, p.33)

Here we come across the problems of grammar and style expressivity. The similar use of the predicate strengthens the degree of the subjective modal force conveyed by the sentence.

Putin is not a Stalin who feels obliged to destroy anyone who might potentially at some figure point disagree with him (Time, p.49).

The great Russian reformers like Peter the Great and Catherine the Great were very autocratic at home and yet progressive by contemporary Western standards. If you look at Putin in this context, he thinks he is a reformer (Time, p.49).

I’m not sure I could have the guts to do that myself (Time, p. 29.)

One doesn’t have to be a particularly bright highbrow to see the obvious, that the market economy has major advantages over an administrative system (Time, p. 29).

In our paper the above-mentioned linguistic units are regarded as bearers of valuable information defined by the authors. We suppose that their pragmatic focus is realized in informative expressiveness and imperative character. Conveying the author’s estimation of the described events, these means possess the highest degree of estimation connotation: positive or negative. In this connection it is necessary to say that the pragmatic potential of the linguistic means used in the interviews distinguishes itself in their depth and variety.

Sociopragmatics

Sociopragmatics is aimed at examining the relations between the language use and the language aims. It embraces the actual problems of language policy and language planning, the social functions of the language, the influence of social events upon the language, and the role of the language in the life of the society. This approach gives a chance to describe the mechanism of social stipulation of speech activities.

A cycle of speech activities is divided into situational parts. Each of them is characterized by a special type of role relations: a conversation with a neighbor, a speech at the meeting, the exchange of remarks with a passer-by on the way to the office, a friendly talk with a colleague, etc. Some linguists, for example, distinguish between the two types of situations under which the speech acts occur: standard and variable [Spolsky 1998; Крысин 2008].

The first ones undergo the strict regulations of both verbal and non-verbal character. As for variable situations, it should be noted that they are characterized by a wider scope of verbal means used in the communication. But it is necessary to underline that the so-called free choice of verbal means is also limited to a certain extent, though it is not strictly stipulated by the demands of the standard situations.

For a researcher, interested in sociopragmatics, it is equally important to know what is said and how it is being said. On the one hand, the verbal form of the information is meant and, on the other hand, - the verbal means with the help of which this information is represented in speech. So, the verbal form acquires social features as the social situation is reflected in the form of communication.

There are two examples illustrating brightly the sociopragmatic aspect of the linguistic units. 1. When speaking about Russia, Mr. H. Kissinger uses the pronoun “it”. In this way he expresses his negative attitude towards less developed countries to which he, probably, refers Russia.

^ And so Russia should not be viewed as a global threat. But it wants to be respected as a significant power (Time, p. 49).

Unlike H. Kissinger, V. V.  Putin expresses his respect towards Russia by using she or her.

They moved toward destruction of the system that no longer could sustain the Soviet people. … It gave Russia her freedom (Time, p. 29).

The researchers state that the personal or possessive pronoun replacing the name of the country conveys a certain information about its status: she is a substitute for developed countries, it – for developing or less developed countries [Proshina 1999:106].

2. Our attention was also attracted by the adjective tough. Due to its semantic capacity the adjective is widely used by newsmen in various publications: tough love – severe, exigent love (the newspaper heading to “To Russia, With Tough Love” (N.Y.T., Feb.24,2005); a tough month – a tragic month August in the article «Again, a Tough Month in Russia» (N. Y. T., Aug. 25, 2002); about V. V. Putin: one tough kid – (Time, p.30).; about G. Bush: Bush is tough in his defense of the American national interest… (Time, p. 49) – strict, insistent, inflexible political leader; tough guys – decisive, cruel guys in the article Russia rerouted? (W.P., Dec. 11, 2003); tough headlines – insulting, caustic headlines As a rule, the similar descriptions convey negative connotations to a lesser or greater degree. Tough love is used to indicate the relations of political and economical priority of one country over another. A tough month assumes the review of bloody events in the Caucasus. One tough kid results from the hungry post-war childhood. Such representation of the seemingly objective phenomena reveals the negative subjective qualities of Russia’s image created by journalists in Western mass media.

Characterizing V. V. Putin’s answers in sociopragmatic aspect it is necessary to say that his speech is represented in a good light due to the use of brief, laconic sentences, phraseological units, inverted structures, the Bible quotations, sometimes inferior lexis. On the whole, Mr. V. V. Putin as an addressee is laconic, open, sincere, categorical, decisive, insistent, and not as stiff as Mr. H. Kissinger.

 – ^ Have you read the Bible? – Yes, I have.

 – What about the conflicts you’ve had… on gas prices? – What conflicts?

 – How do you handle that [the corruption]? – Badly.

 – Has your KGB training helped you as President? There is an old saying “Once a spy, always a spy”. – Well. Those are lies.

His “favorite “words are: first and foremost, well, first.

^ First and foremost, we should be governed by the common sense (Time, p. 29).

On the contrary, the official character of Mr. H. Kissinger’s answers, the stylistic figurativeness of his speech, the communicative correctness, in some cases the concealed character of his statements allows us to say that his speech behavior is strictly codified and corresponds to the standards of the political interview. His favorite “figure” of speech is syntactic parallelism.

It’s not on Russia’s border. It doesn’t want Russia’s territory. It has no history of wanting Russian territory, and it is very powerful. Russia and the U. S. can collaborate on global security (Time, p. 49).

From the point of view of communicative intentions or strategies we find it possible to define H. Kissinger’s speech as “a play for lowering” which can be regarded as a strategy of discredit and which is brightly represented in the following utterance opening the interview and finishing it: …” he thinks he is a reformer…”.[Иссерс 2008]. In our opinion, this is a kind of verbal aggression.

In V. V. Putin’s answers we discover the subsidiary strategy of self-presentation connected with making his own image. The use of elliptical constructions, extremely short, sometimes one-word sentences, violent expressions, the Bible quotations lays a deliberate emphasis on the individual character of his own speech behavior, his originality, his tendency to “a word play “[Щербинина 2007].

^ Concluding remarks

Summing up all the above-mentioned we’d like to re-affirm that the political discourse has its own set of devices which serve different purposes in the act of communication. The analysis of the linguistic means carried out on the functional and interactive ground assumes that these means are not studied as ordinary forms and structures but as bearers of valuable information defined by the authors, as bearers of certain ideas, relations, communicative intentions. The description of linguistic, stylistic and sociopragmatic peculiarities of the politicians’ speech behavior allows us to bring to light and to define their main communicative strategies revealed on the basis of the political rhetoric. The latter, in its turn, either contributes to the harmony of communication or prevents from establishing communicative contacts of full value between the leaders of the two countries and, correspondingly, between the countries they represent.

References

1. Голанова Е. И. Устный публичный диалог: жанр интервью //Русский язык конца XX столетия (1985-1995). – М.: Языки русской культуры, 1996. – 480 с.

2. Иссерс О.С.Коммуникативные стратегии и тактики русской речи. – М.: Изд-во ЛКИ, 2008. – 284 с.

3. Карасик В. И. Языковой круг : личность, концепты, дискурс.– М. : Гнозис, 2004. – 390 с.

4. Крысин Л.П. Проблема социальной дифференциации языка в современной лингвистике //Социолингвистика вчера и сегодня. М.: РАН ИНИОН. – 211 с.

5. Прошина З. Г. Теория перевода (с английского на русский и с русского на английский язык). – Владивосток : Изд-во Дальневост. ун-та, 1999. – 268 с.

6. Рогова К. А. Синтаксические особенности публицистической речи.. – Л. : Изд-во Ленингр. ун-та, 1975. – 69 с.

7. Щербинина Ю. В. Вербальная агрессия. – М.: Изд-во ЛКИ, 2007. – 355 с.

8. Leech, G. N. Exploration in Semantics and Pragmatic. – London –N.Y.: Longman, 1983. – 250 p.

9. MacMillan English Dictionary for Advanced Learners. – Oxford: Macmillan Publishers Ltd., 2006 – 1642 p

10. Spolsky, В. Sociolinguistics. - Oxford- N.Y.: Oxford University Press. 1998 – 128 p.


Sources

1. Huey, J., Stengel, R., Ignatius, A. & Zarakhovich.Y. Putin opens a window on his life. Time, December 31, 2007 / January 7, 2008, pp. 28-29.

2. Kissinger, H. He thinks he is a reformer. Time, December 31, 2007 / January 7, 2008., p.49

3. Christian Science Monitor, May 18, 2006; Jun. 16, 2004.

4. New York Times, Feb. 24, 2005; Aug. 25, 2002.

5. Washington Post, Jun. 23, 2001; Dec. 11, 2003; May 8, 2005.

Аннотация

Статья посвящена исследованию лингвистических способов формирования политических стратегий и тактик в речи известных политиков: В.В. Путина и Г. Киссинджера. Итогом проведенного анализа явилось выявление особенностей речевого поведения и определение основных коммуникативных стратегий, характерных для обоих государственных деятелей. С одной стороны, это стратегия самопрезентации, типичная для В.В. Путина, а с другой стороны, это «игра на понижение», которая может рассматриваться как стратегия дискредитации, ярко представленная в высказываниях Г. Киссинджера.


glava-32-sindrom-glamura.html
glava-32-starshaya-palochka-novosti-sprosil-tot-chto-bil-povishe.html
glava-32-vitamini-yushkov-v-g-makarova-a60-farmakologiya-pod-red-r-n-alyautdina-2-e-izd-ispr.html
glava-32-zvuchit-banalno-no-vse-na-svete-imeet-svoyu-cenu-cena-voina-eto-skolko-vremeni-i-deneg-chto-sut-odno.html
glava-33--otvet-da-ne-yavlyaetsya-resheniem-e-ermolaenkova-redaktor-e-ermolaenkov-hudozhestvennij-redaktor-v.html
glava-33-audienciya-vikont-de-brazhelon-ili-desyat-let-spustya.html
  • uchitel.bystrickaya.ru/rafael-sabatini-odisseya-kapitana-blada-glava-i-poslanec-stranica-30.html
  • universitet.bystrickaya.ru/tehnologicheskoe-chrevo-elvin-toffler.html
  • zanyatie.bystrickaya.ru/mezhdunarodnie-aviacionnie-organizacii-chast-11.html
  • klass.bystrickaya.ru/aleksej-losev-estetika-vozrozhdeniya.html
  • shkola.bystrickaya.ru/tema-26-organizaciya-obucheniya-po-ohrane-truda-i-proverki-znanij-trebovanij-ohrani-truda-rabotnikov.html
  • turn.bystrickaya.ru/plan-izucheniya-temi-programmirovannij-kontrol-samostoyatelnoe-izuchenie-metodicheskogo-posobiya-dlya-studentov-po-teme-rasskaz-prepodavatelya.html
  • essay.bystrickaya.ru/ernst-teodor-gofman-zhitejskie-vozzreniya-kota-murra-razdel-pervij-oshusheniya-bitiya-mesyaci-yunosti.html
  • tetrad.bystrickaya.ru/v-m-pavlov-kamchatskaya-opitno-metodicheskaya-sejsmologicheskaya-partiya-gs-ran.html
  • shkola.bystrickaya.ru/slovo-pro-zakon-blagodat-larona-na-uroc-lteraturi-u-9-klas.html
  • tasks.bystrickaya.ru/1-zhenshina-interesuetsya-u-podrugi-gde-teper-rabotaet-tvoj-muzh.html
  • spur.bystrickaya.ru/metodicheskie-rekomendacii-uchitelyam-mou-oosh-9.html
  • prepodavatel.bystrickaya.ru/studentov-nauchat-zhit-v-kredit-pervij-kanal-novosti-19-06-2006-neroznak-vsevolod-09-00-14.html
  • zadachi.bystrickaya.ru/stratagema-11-kitajskie-stratagemi.html
  • exchangerate.bystrickaya.ru/iv-na-progulke-smirnova-rosset-a-o-vospominaniya-avtobiografiya.html
  • control.bystrickaya.ru/dogovor-bankovskogo-scheta.html
  • literatura.bystrickaya.ru/rol-germanii-v-stanovlenii-evropejskih-struktur-bezopasnosti-i-oboroni-evropejskogo-soyuza.html
  • desk.bystrickaya.ru/osnovnaya-obrazovatelnaya-programma-220400-62-upravlenie-v-tehnicheskih-sistemah-uroven-podgotovki-bakalavr-stranica-3.html
  • report.bystrickaya.ru/isklyucheniya-i-dopolnitelnie-usloviya-dlya-otdelnih-produktov-licenzionnie-prava-na-ispolzovanie-produkta.html
  • control.bystrickaya.ru/doppelgangeri-astralnij-plan-distancionnoe-videnie-zrenie-soznanie-spontannoe-astralnoe-puteshestvie-astralnij.html
  • bukva.bystrickaya.ru/plan-meropriyatij-lagerya-s-dnevnim-prebivaniem-detej-s-06-24-06-2010-goda-v-mou-sosh-38-televizionnij-olimp.html
  • spur.bystrickaya.ru/metodicheskie-rekomendacii-po-napisaniyu-referata-dlya-uchashihsya-profilnih-klassov.html
  • obrazovanie.bystrickaya.ru/primechanie-parsons-t-p-18-ostrukture-socialnogo-dejstviya.html
  • uchebnik.bystrickaya.ru/uchebno-metodicheskij-kompleks-po-discipline-grazhdanskoe-pravo-chast-2-dlya-studentov-kolledzha-dnevnoj-formi-obucheniya-po-specialnosti-pravovedenie-rostov-na-donu.html
  • desk.bystrickaya.ru/perevel-s-polskogo-asar-eppel-stranica-10.html
  • occupation.bystrickaya.ru/normi-elektropotrebleniya-termini-i-opredeleniya-obyazatelnie-normativnie-trebovaniya.html
  • lesson.bystrickaya.ru/otdelenie-v-oborone-uchebnik-serzhanta.html
  • uchenik.bystrickaya.ru/gabon.html
  • tasks.bystrickaya.ru/-259-p-ot-30042010-o-perevode-zemelnih-uchastkov-iz-kategorii-zemel-zapasa-v-kategoriyu-zemel-osobo-ohranyaemih-territorij-i-obektov.html
  • kolledzh.bystrickaya.ru/apparati-mm.html
  • portfolio.bystrickaya.ru/otchet-o-deyatelnosti-otraslevogo-otdela-mezhdunarodnih-otnoshenij.html
  • portfolio.bystrickaya.ru/organizacionnoe-povedenie-3.html
  • control.bystrickaya.ru/diagramma-grazhdanskoe-vospitanie-ili-akc.html
  • education.bystrickaya.ru/3213-fizicheskaya-kultura-i-sport-otchyot-ob-ispolnenii-programmi-socialno-ekonomicheskogo-razvitiya-udmurtskoj.html
  • vospitanie.bystrickaya.ru/vsemirnaya-kampaniya-2005-2010-goda-ostanovit-spid-vipolnit-obeshanie.html
  • shpargalka.bystrickaya.ru/vladimir-kozlov-v-socialnoj-rabote.html
  • © bystrickaya.ru
    Мобильный рефератник - для мобильных людей.